Остров Райкоке на Курильской гряде
Присоединение к России после окончания Второй Мировой войны Курильских островов сопровождалось их активным заселением. Создание постоянного населения в регионе являлось частью политики Советского правительства. Переселенцы получали серьезные льготы, ссуды и пособия. На всех крупных островах ( Парамушир, Итуруп, Кунашир ) развивались небольшие города с хорошо развитой инфраструктурой. Но даже на незначительных по величине, но сколько-нибудь пригодных для жизни островах также были основаны населенные пункты. Первые поселения на мелких и средних по размеру островах представляли собой, главным образом, пограничные заставы, отдельные воинские части и метеостанции. Однако на некоторых островах в силу определенных причин люди так и не поселились. В их числе был и остров Райкоке в северной части Средних Курильских островов. Главной причиной того, что островок остался незаселенным был не только его маленький размер и отсутствие на острове достаточно обширной сравнительно ровной территории для строительства жилых построек, но, главное – отсутствие постоянных источников пресной воды.
Остров-вулкан Райкоке ( Ракхохкко, Раукоке ) расположен в северной части Средних Курил. С севера он отделен от о. Шиашкотан проливом Крузенштерна. Ближайший сосед к югу – о. Матуа (с вулканом Пик Сарычева ) – находится в 18 км за пределами пролива Гововнина. Остров Матуа, возвышающийся над поверхностью моря почти на полтора километра, благодаря особому стратегическому расположению в пределах Курильской гряды издавна привлекал повышенное внимание военных: в годы Второй Мировой войны здесь располагался штаб флота Японских вооруженных сил. До недавнего времени на этом острове располагалась погранзастава, уничтоженная пожаром в 2000 г.
Остров Райкоке заметно меньше. Он поднимается со дна моря на высоту 551 м над уровнем моря и около 2500 м над уровнем дна. Это действующий вулкан, представляющий собой в плане почти правильный круг около 2 км в диаметре. Склоны острова покрыты мощными отложениями пепла, чередующимися с разной толщины слоями застывшей лавы и вулканического шлака. Полностью замкнутый кратер с крутыми стенками и плоским дном имеет ширину около 700 м и глубину 200-250 м. Размеры кратера после каждого извержения претерпевают значительные изменения. Так, в конце XIX века, по сообщению небезызвестного капитана-зверобоя англичанина Г.Сноу (1902) спустя столетие после последнего извержения и заметного осыпания за истекшее время стенок кратера, последний имел глубину всего 30-60 м.
Особенностью вулканической деятельности Райкоке являются катастрофические, пароксизмальные извержения с длительными промежутками покоя. Наиболее раннее, задокументированное извержение вулкана произошло здесь в 1760-е годы. В 1778 г. случилось внезапное катастрофическое извержение, сопровождавшееся взрывом верхней части конуса и приведшее к значительному изменению очертания острова. В этот день на острове остановился на ночевку отряд казаков, возвращавшийся на Камчатку с о. Матуа. Под градом вулканических бомб неожиданно разразившегося извержения погибли 15 человек во главе с сотником Черным. В 1780 г., т.е. спустя два года после этого трагического события остров посетили служилые люди из Петропавловска-Камчатского под руководством сотника Секерина с целью описать состояние острова после последнего извержения вулкана. По описанию Секерина, предоставленному камчатскому начальству, верхняя треть острова была взорвана, а его очертания существенно изменены. Кроме того, было доложено, что «…ныне сопку сорвало более к северу и верх ее сделался седлом; утесные залавки песком и камнем засыпало и сделало гладко, что и птицам негде плодиться; байдарную пристань засыпало песком, и стало там сухо; лайду с кекурами сделало песчаным берегом; наметало к югу песчаную лайду на 100 сажень длины и 100-110 ширины и сделало две маленькие бухты; весь остров покрыт единственно песком, а сопка с ужасом гремит и ныне, но не дымится».
По мнению известного вулканолога Г.С.Горшкова, указываемые в некоторых публикациях даты извержений – 1777 и 1780 гг. – следует считать ошибочными.
Последнее извержение произошло на острове 15 февраля 1924 г., в результате чего отмечались эксплозии пепла. Извержение было сильным, кратер значительно углубился, очертания вновь изменились. С тех пор какой-либо активности вулкан не проявляет.
В послевоенные годы, после перехода Курильских островов под юрисдикцию СССР на архипелаге было проведено немало научных экспедиций самой разной направленности. Изучались в основном вулканизм Курильской гряды, ее растительный и животный мир. Однако неблагоприятные условия для организации стационарных исследований на Райкоке (суровые климатические условия и отсутствие постоянных источников пресной воды) не позволяли ранее проводить здесь подробные исследования. Последние ограничивались преимущественно кратковременными (протяженностью в основном несколько часов) эпизодическими посещениями острова учеными разного профиля.
В весенне-летние периоды 2001-2004 гг. автору довелось осуществить на вулкане длительные стационарные работы в условиях полной автономии и собрать оригинальные материалы по животному миру острова, преимущественно об особенностях функционирования лежбища сивучей. Ежедневно приходилось контактировать с животным и растительным миром, существующем по соседству с лежбищем и образующим на острове оригинальное сообщество. Для длительного пребывания на острове пришлось завезти сюда стройматеалы и построить небольшой домик, где научной группе в составе двух человек можно было бы сравнительно комфортно жить и работать ежегодно в течение двух месяцев. Мест, где можно было возвести такую постройку, на острове нашлось немного, и дом был построен на границе неширокого валунно-глыбового пляжа и основания склона вулкана. В первую же зиму дом был снесен сошедшей со склона вулкана снежной лавиной. Приехав на остров на следующий год, мы обнаружили на месте дома обширный снежник. После того, как снежные массы растаяли, между камней были найдены несколько обломков досок, ржавые гвоздодер, лопата, молоток, а также газовая плита, придавленная сверху огромной каменной глыбой весом не менее тоны.
В настоящее время вулкан активности не проявляет, фумарольной деятельности в кратере и на его склонах не наблюдается, и в течение последних восьмидесяти лет на биоценоз острова вулканизм влияния не оказывает. Периодическая активность вулкана в прошлом изменяла не только геоморфологический облик острова, но и качественный и количественный состав его растительного и животного сообществ. Наиболее мощные извержения приводили к почти полному уничтожению растительности, дальнейшее восстановление которой на острове происходило медленно и продолжалось периоды, охватывающие десятилетия. Так, например, в середине 1960-х годов на острове практически отсутствовала растительность, исчезнувшая здесь после извержения вулкана, произошедшего в 1924 г.
Сейчас на Райкоке все обстоит иначе. Во время наших экспедиций мы обнаружили обильную растительность даже в верхних горизонтах кратера, в тех местах, где его стены не столь отвесны, и имеется множество мест, где накапливается почва в количестве необходимом для произрастания растений. Напротив, наружные склоны кратера, подверженные в верхней части активному выветриванию, практически лишены растительности и почти повсеместно являют собой голые склоны, представленные смесью из шлака и вулканического пепла, где растениям закрепиться чрезвычайно сложно. С ровных верхних участков склона почва под воздействием ветра, осадков и снежных лавин регулярно перемещается вниз. Продукты выветривания аккумулируются в нижних горизонтах вулкана, образуя здесь местами мощный слой гумуса – благодатной почвы для буйного развития растений. К тому же, на удобренной пометом многочисленных морских птиц почве травянистая растительность в условиях влажного генеративного периода образует сплошной густой покров, несмотря на низкие температуры воздуха в течение всего летнего сезона. Известно, что около двух тысячелетий назад жители печально известного античного города Помпеи поселились в потенциально опасном месте у подножия вулкана Везувий только потому, что в районе основания и строительства их города преобладали чрезвычайно плодородные почвы, образовавшиеся здесь после предыдущих извержений вулкана.
Согласно результатам современных исследований растительного покрова острова, на нем обнаружено 68 видов сосудистых растений относящихся к 27 семействам, из которых наибольшее видовое разнообразие имеют семейства сложноцветные ( Asteraceae ), злаки ( Poaceae ) (по 7 видов), гвоздичные ( Caryophyllaceae ) и вересковые ( Ericaceae ) (по 5 видов).
На склонах западной экспозиции, где базировался наш лагерь, мы обнаружили такие виды, как колосняк мягкий (Leymus mollis), полынь уналяшкинская ( Artemisia unalaskensis ), дудник Гмелина ( Angelica gmelinii ), звездчатка иглицелистная ( Stellaria ruscifolia ), лапчатка крупноцветковая ( Potentilla megalantha ), одуванчик шикотанский ( Taraxacum shikotanense ), анафилис жемчужный ( Anaphalis zhemchuzhnyj ) и многие другие, из которых два первых явно доминировали на этом участке острова.
Животный мир острова довольно своеобразен. На острове отсутствуют источники пресной воды, и, возможно, по этой причине некоторые виды наземных млекопитающих, обитающих на соседних островах, здесь не встречаются.
В прежние времена на Райкоке располагалось лежбище северного морского котика ( Callorhinus ursinus) , одно из крупнейших в пределах Курильской гряды – до 15 тыс. голов. Именно такую цифру приводит капитан Г.Сноу, оставивший весьма интересные описания островов, в том числе и того, о котором здесь идет речь. Его книга «Курильская гряда», вышедшая в Англии в конце XIX века, а позже переведенная на русский язык и опубликованная в 1902 г. в Санкт-Петербурге, до сих пор пользуется известным спросом у тех, кто, так или иначе, связан с исследованиями Курильских о-вов. В конце XIX века Сноу промышлял морского зверя вдоль Курильской гряды и внес немалый «вклад» в истребление здесь морских котиков и каланов. Постигла такая участь и райкоковское лежбище котиков. О размахе существовавшего в ту пору промысла говорит хотя бы тот факт, что только в 1883 г. на о. Райкоке было добыто не менее 15 тысяч котиков, и эти звери почти полностью исчезли на лежбище. К началу XX века оно наряду с другими лежбищами было разгромлено промышленниками, добывающими морского зверя в прикурильских водах.
Кроме того, в результате произошедшего в 1901 г. землетрясения на вершине острова обрушилась огромная скала, якобы засыпавшая своими осколками всю территорию лежбища морских котиков. Так, во всяком случае, пишут, повторяя друг друга, почти все исследователи Курильского архипелага. Однако трудно представить себе размер скалы, осколки которой могли бы покрыть территорию, на которой одновременно могли разместиться 15 тысяч зверей сравнительно крупного размера. Но, как бы то ни было, уже более столетия морские котики на Райкоке не размножаются и залежек на его берегах не образуют. Сейчас репродуктивные лежбища этого вида в пределах Курильского архипелага расположены только на о-вах Каменные Ловушки ( скалы Долгая, Котиковая, Высокая ) и о-вах Среднего ( скала Хитрая ). Названные лежбища расположены сравнительно недалеко от Райкоке (первое в проливе Крузенштерна в 50-ти км к северу от Райкоке, второе – в 80-ти км к югу), поэтому в летний период котики время от времени появляются в прибрежной акватории этого острова, а одиночные животные изредка выходят не его берега. Как правило, это молодые, не участвующие в репродуктивном процессе самцы.
Из морских млекопитающих очень редок в прибрежье калан ( Enhydra lutris ); за четыре сезона этот зверь нами наблюдался лишь однажды. Обычные на юге и севере Курильского архипелага обыкновенный тюлень ( Phoca vitulina stejnegeri ) и ларга ( Phoca largha ) в акватории острова не встречаются. Иногда к острову подходят косатки в надежде поймать зазевавшегося сивуча. В дни хорошей видимости, когда акватория просматривается на несколько километров, в проливе Головнина нередко можно увидеть кашалотов, кормящихся на значительном удалении от острова.
На юго-западной оконечности острова, с его охотоморской стороны, на застывшем лавовом потоке размещается лежбище сивучей ( Eumetopias jubatus ), интерес к которому и явился основной причиной длительных полевых работ нашего маленького экспедиционного отряда, ежегодно состоявшего из двух человек. На сегодняшний день это одно из пяти самых крупных в пределах Курил репродуктивных лежбищ, на котором на протяжении последнего десятилетия ежегодно рождается до 15% приплода всего курильского стада. В абсолютном выражении это 215-310 щенков. От года к году величина приплода на лежбище не постоянна, что зависит от целого ряда факторов, однако, анализ межгодовой динамики позволяет говорить о том, что в течение последнего десятилетия численность размножающейся на о-ве Райкоке группировки сивучей находится в срвнительно стабильном состоянии. То же можно говорить и в отношении современного статуса всего курильского стада этого вида ластоногих. Однако около трех десятилетий назад численность сивучей претерпела значительные негативные изменения не только на Курилах, но и в пределах всего ареала, охватывающего и западную часть Северной Пацифики, и воды, омывающие североамериканский континент. За короткий отрезок времени она катастрофически снизилась, и на самом низком из известных за весь период изучения вида уровне держится в отечественных водах до сих пор. Дальнейшего снижения численности в российской части ареала уже давно не происходит, но, вместе с тем, по неизвестным пока причинам ее восстановление все еще не началось. Нынешняя численность сивуча на Курилах составляет менее 10% численности этого вида здесь в конце XIX века. Заметим, что в американской части ареала (на Аляске и Алеутских островах) численность сивучей за этот период снизилась еще более значительно и продолжается сокращаться поныне. Причины столь обвального падения численности, поставившего вид на грань катастрофы, до сих пор не ясны, несмотря на интенсивные разноплановые исследования, проводимые как на российском Дальнем Востоке, так и за рубежом. Достаточно сказать, что только в США специалисты по морским млекопитающим работают одновременно более чем по 50-ти специальным проектам, цель которых – всестороннее изучение сивуча. Средства, затрачиваемые ежегодно в США на исследование сивучей, составляют многие миллионы долларов. Современное состояние мировой популяции сивуча стало причиной включения этого вида в Красную книгу МСОП ( Международный Союз Охраны Природы ).
Углубленное изучение райкоковского лежбища сивучей проводится с 2001 г. Но еще раньше – с 1989 г. на Курильских лежбищах время от времени осуществляется массовое мечение щенков методом горячего таврения. Знак тавро состоит из литеры-буквы и цифрового номера-кода. Буква означает место мечения. Например, на «нашем» лежбище сивучата метятся тавро с литерой «Р», на о-вах Каменные Ловушки – литерой «Л» и т.д. За истекший период на Райкоке таким образом помечено 839 щенков (всего на Курилах около 4000). Столь внушительный объем помеченных зверей позволяет в настоящее время по визуальной регистрации таких животных определять сроки и пути их миграций, половозрастную структуру репродуктивного ядра сивучей на каждом лежбище, происхождение участвующих в процессе размножения животных, возраст достижения половой зрелости, репродуктивный вклад в воспроизводство сивучей разного возраста и много иной разнообразной информации.
Выяснилось, что первого щенка самки рождают в возрасте 4 лет, однако рожающих четырехлетних самок на лежбище только 12%. В массе самки становятся половозрелыми в возрасте 5 лет, впервые принося потомство в шестилетнем возрасте. Самцы включаются в репродуктивный цикл только после достижения полной физической зрелости в возрасте не ранее 8 лет, когда они в конкурентной борьбе способны противостоять другим самцам за право владения территорией на гаремном лежбище.
В течение 2001-2004 гг. суммарное число меченых сивучей, идентифицированных нами на острове, составило 220 особей, в том числе 143 сивуча (65%) аборигенного происхождения и 77 (35%) иммигрантов, рожденных и помеченных ранее на других лежбищах. Среди сивучей-иммигрантов абсолютно доминировали (58,4%) животные с о-вов Каменные Ловушки – 45 особей; меньшее число иммигрантов (в сумме 41,6%) представляли другие лежбища, расположенные на Курильском архипелаге: о-вах Среднего, Брат Чирпоев и Анциферова, а также лежбища на м. Козлова (восточное побережье п-ова Камчатка) и Ямских о-вах (север Охотского моря). Большинство иммигрантов пришли на наш остров с близ расположенных островов (Ловушки и Среднего). Среди иммигрантов незначительно преобладали самки (58,4%).
Несмотря на значительное число обнаруженных на острове иммигрантов, из них только единицы участвуют здесь в репродуктивном процессе. Так, за период 2001-04 гг. на райкоковском лежбище щенились лишь 6 из 45 наблюдаемых здесь самок-иммигрантов (пять с о-вов Ловушки и одна с о-вов Среднего ), следовательно, репродуктивный вклад мигрантов в процесс воспроизводства на местном лежбище невелик. В то же время некоторые самки, рожденные здесь, ежегодно приносят потомство на лежбищах, расположенных в акватории Охотского моря – в пределах Курильской гряды и на о. Тюлений у побережья Сахалина. И хотя таких самок немного, ограниченный обмен особями между разными лежбищами происходит регулярно.
Таким образом, местная фауна млекопитающих представлена исключительно морскими видами, из которых калан и сивуч внесены в Красную книгу РФ.
Если для некоторых наземных млекопитающих отсутствие на острове пресной воды – препятствие для обитания здесь, то разнообразный птичий мир – в определенной степени результат отсутствия источников пресной воды, без которой жизнь наземных хищных млекопитающих здесь невозможна. Поскольку гнездовья птиц разорять некому – пернатые успешно выводят и выкармливают здесь птенцов, а численность их держится на чрезвычайно высоком уровне.
Гнездящаяся фауна наземных видов в целом бедна, а общая численность этой группы птиц очень низка. В весьма однообразных биотопах острова разрежено гнездятся обычные на Средних Курилах виды: охотский сверчок ( Locustella ochotensis ), белая трясогузка ( Motacilla alba ), крапивник ( Troglodytes troglodytes ), ворон ( Corvus carax ), сапсан ( Falco peregrinus ) и некоторые другие. Единственная пара сапсанов отмечается на острове в гнездовой период не ежегодно. Во время весеннего и осеннего пролета видовой состав наземных птиц значительно расширяется за счет многочисленных мигрантов, пользующихся миграционным путем, пролегающим вдоль Курильской островной дуги и соединяющим места зимовок птиц, расположенные в Юго-Восточной Азии, с крайним северо-востоком Азиатского материка (п-ов Камчатка, Чукотка ). В летнее время у берегов острова кочуют некоторые виды уток и другие водоплавающие.
Совсем иначе представлены морские птицы. На острове одна из самых крупных (современная численность около 260 тыс. особей) на Курилах колоний морских птиц, в том числе самое крупное в Северной Пацифике гнездовое поселение глупыша. Плотность гнездования птиц здесь, вероятно, близка к максимальной. Птицы заселяют все сколько-нибудь пригодные для устройства гнезд участки острова. Гнездятся они даже на почти отвесных стенках кратера вулкана.
Современная фауна гнездящихся на острове морских птиц насчитывает 15-16 видов четырех семейств. То есть на этом островке-вулкане диаметром всего около 2 км гнездящихся видов колониальных морских птиц столько же, сколько, например, на всех птичьих базарах европейского севера России (16 видов). Что касается численности морских птиц, образующих на Райкоке громадный базар, то их количество превышает таковое, характерное для всех птичьих базаров Белого и Баренцева морей, вместе взятых, и составляет соответственно 260 тыс. особей и 192 тыс. особей.
Как видно из приведенного ниже списка гнездящихся на острове морских птиц, наибольшего разнообразия достигают здесь представители чистиковых. В последние годы на острове гнездятся следующие виды: глупыш ( Fulmarus glacialis ), северная ( Oceanodroma leucorhoa ) и сизая качурки ( Oceanodroma furcata ), краснолицый баклан ( Phalacrocorax urile ), тихоокеанская морская чайка ( Larus schistisagus ), обыкновенная моевка ( Rissa tridactyla ), тонкоклювая и толстоклювая кайры ( Uria aalge и Uria lomvia ), белобрюшка ( Cyclorrhynchus psittacula ), тихоокеанский чистик ( Cepphus columba ), три вида конюг: большая ( Aethia cristatella ), малая ( Aethia pigmaea ) и крошка ( Aethia pusilla ), старик ( Synthliboramphus antiquus ), топорок ( Lunda cirrhata ). Не исключено также гнездование ипатки ( Fratercula corniculata ). Кроме того, примерно до середины 1970-х годов на Райкоке гнездился берингов баклан ( Phalacrocorax pelagicus ).
Над островом постоянно роится туча птиц, преимущественно глупышей. Птицы на острове мелькают повсюду и в любое время, но дважды в сутки наступает настоящая птичья круговерть. Особенно много птиц попадает в поле зрения в утренние часы на рассвете, а также перед вечерними сумерками. Поскольку одни виды активны только в ночное время суток, а другие ведут строго дневной образ жизни, то именно на рассвете и на закате пики их активности совпадают. В это время суток одни птицы покидают свои убежища, улетая в море на кормежку, а другие виды, напротив, возвращаются на остров на ночевку.
В настоящее время остров относится к тем немногочисленным территориям Дальнего Востока России, где животные существуют в условиях почти полного отсутствия влияния человека на их сообщество. Основная причина этого – труднодоступность острова. Кроме того, отсутствие на острове источников пресной воды, промысловых наземных млекопитающих, а в его прибрежной акватории шельфа с промысловыми беспозвоночными являются малопривлекательными для людей, чьи интересы связаны с промыслом морских гидробионтов. По этой причине добывающие суда в акватории острова появляются только транзитом во время их переходов вдоль Курильского архипелага, а люди на берега острова не высаживаются. Анализ видового состава и динамики межгодовой численности ластоногих и морских птиц дает повод считать современное состояние ассоциации животных на Райкоке вполне благополучным. Вероятно, и в обозримом будущем на острове в этом плане вряд ли что-нибудь может существенно измениться. Единственным фактором, способным негативно повлиять на островную биоту, следует считать лишь возможность очередного извержения вулкана.
Список основных публикаций по теме
Артюхин Ю.Б., Трухин А.М., Корнев С.И., Пуртов С.Ю. Кадастр колоний морских птиц Курильских островов // Биология и охрана птиц Камчатки. 2001. Вып. 3. М. Изд-во Центра Охраны Дикой Природы. С. 3-59.
Горшков Г.С. Вулканизм Курильской островной дуги. М.: Наука. 1967. 287 с.
Сноу Г. Курильская гряда // Зап. об-ва по изуч. Амурского края. Владивосток. 1902. Т. 8. № 1. С. 1-119.
Трухин А. М. Краткие заметки по фауне морских птиц острова Райкоке, Средние Курилы // Русский орнитологический журнал. 2006. Т. 15, Экспресс-выпуск 306: 34-35.
Takahashi H., Barkalov V.Y., Gage S., Joneson S., Ilushko M., Zhurav,lev Yu.N. A floristic study of the vascular plants of Raikoke, Kuril Islands // Acta Phytotax. Geobot. 2002. 53(1): 17-33.
Trukhin A.M., Burkanov V.N. Breeding patterns of Steller sea lion (Eumetopias jubatus) on Raykoke Island (Kuril Islands), 2001-2003 // Marine mammals of Holarctic. Collection of scientific papers after the third International Conference. Koktebel, Crimea, Ukraine. October 11-17, 2004. P. 546-550.